ГлавнаяМифы и легенды о кладахКлады и загадки Николы Лапотного

Загадка Николы Лапотного

 

«Я отправил из Москвы с разным добром 973 подводы, в Калужские ворота на Можайск. Из Можайска пошел я Старой дорогой на Смоленск, становился не дошедши медынских и вяземских округ. Остановился на Куньем бору, речка течет из ночи на зимний восход, а имя той речки Маршевка, и потом я велел русским людям на Куньем бору сделать на суходоле каменную плотину, плотину глиной велел смазать, а в ней положил доску аспидную, и на ней написано, где что положено, шедши из Москвы до Можайска».
Так начинается текст кладовой записи, сделанной, по преданию, в Смутное время польским королем Сигизмундом (по другой версии — самозванцем Гришкой Отрепьевым). Оригинал этой записи, выполненный «на медной доске» на лаmwiском и польском языках, по убеждению старых кладоискателей, находился в Варшаве, а тайно сделанный список с нее, переведенный на русский язык, был широко распространен в среде русских искателей сокровищ...
В том, что «сокровища польского короля» приурочены к Смутному времени, пет ничего удивительного: в Смутное время было зарыто огромное количество кладов, что подтверждается многочисленными находками, и этот факт говорит, скорее, в пользу реальности «кладов Сигизмунда». Кому они принадлежали в действительности — это уже другой вопрос.
Запись на клады Сигизмунда была широко распространена среди кладоискателей. Она ходила по рукам в самых различных версиях. Неизменными оставались главные приметы: центром «кладоносного района» во всех вариантах записи является некий погост Николы Лапотного (Николы Лапотника, Николая Лапотникова и т. п.), около которого, остановившись в Куньем бору, зарыл свои клады польский король. Есть погост Николая Чудо-творца, яже зовомой Школа Лапотный, и от него еще погост Святого мучени-ка Георгия, в трех верстах расстоянием один от другого. У погоста Николая Чудотворца имеется речка Хворостянка, а другая Гремячка. В устье одного погоста третья речка Чернитинка из болота из черных местное... Далее следует подробная роспись кладов, заложенных в округе: «У оного погоста положено сокровище...» В различных вариантах записи количество кчадов колеблется от десяти до двад-гшти, причем, масштабы кладов измеряются «котлами» и «бочками» золота и серебра.

Если внимательно вчитаться в кладовые записи, то можно легко заметить, что во всех случаях речь идет о реальной местности, в которой зарыт по крайней мере один реальный клад. Приметы этой местности следующие:
1. Клад зарыт близ погоста Николая Чудотворца Лапотного, рядом с которым, па расстоянии от трехсот сажен (около 630 метров) до семи верст (около 7,5 километра), находится другой погост, во имя св. Георгия Великомученика:
2. Погост Николы Лапотного стоит на реке с нахзванием Хворостянка (Хворостня, Хворосня, Хворость, Сорочка). Рядом протекает речка Хворостянка-малая (Гремячка), а поодаль — третья речка — Чернавка (Чернитинка, Черновка). Все три речки берут свое начало близ погоста, а Чернавка к тому жe, возможно, вытекает из болота;
3. В окрестностях погоста имеется ряд характерных примет: насыпной вал («плотина»), суходольный луг, родник («колодезь»), камни-валуны;
4. Неподалеку от погоста расположена местность под названием Куний Бор, где находится Пустошь Телеппево, через которую течет речка Маршевка. Здесь проходит или проходила большая проеззкая дорога.
Клад короля Сигизмунда ищут уже несколько столетий. Главной магистралью поиска всегда была Смоленская дорога, а погост Николы Лапотного искали то под Можайском, то под Гжетском, то под Вязьмой и Дорогобужем.
В конце прошлого столетия одним из мест поисков являлась деревня Соколово Гжатского уезда, па речке Могилевке. Здесь, в одной из излучин реки, по преданию, в старые годы был найден «гроб с золотом». Близ деревин находился старинный погост Николая Чудотворна, который в архивных документах XVII-XV11 веков именуется «погостом Николы Лапотникова». В середине прошлого века здесь был найден и клад — котел с медными монетами XVIII столетия. Другие многочисленные раскопки дали немного: была найдена серебряная церковная лжица для причастия, ручка чугунного котла, несколько рассыпных серебряных и медных монет. Копали и на погосте, но, кроме  гробов, ничего не нашли. Правда, в окрестностях деревни было обнаружено множество интересных объектов: 3 славянских кургана, каменный погреб (раскопан: оказался пустой), камень-валун с вырезанным знаком медвежьей лапы. А в сентябре 1874 года в версте от деревни кладоискатели натолкнулись на захоронение наполеоновских солдат, в котором среди костей оказался полусгнивший пояс из красной кожи. Когда его стали извлекать из земли, пояс разорвался и из него посыпались серебряные монеты — русские рубли и какие-то иностранные деньги. Всего было найдено семнадцать монет.
Исследователи прошлого столетия, анализируя тексты  кладовых записей «короля Сигизмунда», отмечали, что в старое время Смоленская дорога шла южнее Бородина через села Преснецово и Царево-Займище. Где-то здесь, на стыке Гжатского, Можайского и Медынского («не дошед-ши медянских и вяземских округ») уездов, и находился искомый погост Николы Лапотного. Таким местом мог являться погост Александра Свирского близ Можайска гиш безымянный погост на самой границе Можайского уезда у слияния двух речек, сожженный в Смутное время и носивший, по преданию, название Николы Лапотникова. Егце в конце XIX века следы погоста были ясно видны, а весной почти ежегодно здесь вымывались и выносись водой па берег одна-две серебряные монеты.
Клад Сигизмунда может находиться и ближе к Москве. В тексте кладовой записи ясно указывается, что подводы с сокровищами были отправлены через Калужские ворота на Можайск. Как раз на этом направлении, в районе современной Апрелевки, в верховьях реки Пахры в XVI - начале XVII веках располагался «монастырь особняк Николы Чудотворца», а в четырех верстах от него — погост св. Георгия Великомученика. Ведь король, судя по записи, что-то «положил», еще не доходя Куньего бора, «шедши из Москвы до Можайска».
Но на самом деле нет никакой уверенности в том, что клад Сигизмунда, если он есть, зарыт по Смоленской дороге. Дело в том, что многочисленные варианты «кладовой записи» указывают аналогичные места в Костромской, Ярославской, Владимирской областях. А в XIX веке в Олонецкой губернии ходила по рукам кладовая запись с точным указанием на то, что клад зарыт близ одного из карельских погостов, в районе Кандапоги: «Есть река Хворосия крутобрега, еще малая Хворосия, третья река Чернавка. На реке Хворосия погост, называемый Николай Лапотный, а второй погост Егорий, от Николы виден. При том погосте Николы есть топи, где и люди не ходят. Пониже топи есть земляной вал, в конце вала лежат по камню серых, под теми камнями по кубу денег серебряных... Средь вала лежит плита красная — на коне поворотиться можно — под той плитой шестиуховый котел денег серебряных. При том же погосте Николая есть колодезь — вода кипучая, и в нем спущено десять пудов посуды церковной серебряной и закрыто доской... И та поклажа время нашествия Литвы, то есть польского, короля Костюшки».
Так что, загадка погоста Николы Лапотного далеко не так однозначна, как это может показаться па первый взгляд, как, впрочем, и вопрос реальности таинственного клада. Время, возможно, покажет, существует ли легендарный клад Смутного времени на самом деле.


На сайте есть: