ГлавнаяУральские кладыКлады Урала, обзор
КЛАД В СЕРЕБРЯНОМ ВЕДРЕ

 

Легенды, дошедшие до наших дней, рассказывают и о тайных подземных ходах, и о кладе дружины Ермака, и о языческом божестве – Золотой Бабе.

Это и неудивительно. Ведь еще в путеводителях XIX века Каму именовали не иначе как «река былых легенд». Заселение по Каме, которая, как утверждают геологи, возникла намного раньше Волги, началось несколько десятков тысяч лет назад, со времен древнего каменного века – палеолита. Какие только племена и народы не проживали на богатейших природными ресурсами просторах Верхнекамья!

Наличие богатейших соляных рассолов вкупе с драгоценными мехами позволяло древним местным жителям «принимать» у себя купцов, которые плыли из многих стран мира по Каспию, Волге и Каме в Северное Прикамье с различными драгоценностями для обмена с местным населением.

Находка около Чашкинского озераЭти коммерческие связи прослеживаются археологами намного раньше того периода, когда в Верхнекамье начало проникать с Русского Севера древнерусское население и новгородские ушкуйники (купцы-воители). Торговля в наших краях имеет историю не менее двух с половиной тысяч лет. По крайней мере сегодня это подтверждают данные археологии.

клады Урала
Археологи зафиксировали на территории Прикамья следы так называемой ананьинской культуры, возникшей в начале железного века и господствовавшей в Прикамье в VIII — VII веках до нашей эры. Ананьинцы являлись предками пермских народов (коми, удмуртов) и говорили на различных диалектах общепермского языка – основы.

 

Находки около Чашкинского озера.

Они уже были знакомы с мотыжным земледелием и домашним скотоводством. В Верхнекамье, по данным ученых, проживало 2-3 ананьинских племени, и, самое интересное, от их пребывания на наших землях до сих пор находят топоры-кельты, наконечники копий, стрел и пик, боевые и парадные топоры-клевцы, украшенные изображениями хищных птиц и животных. Имели ананьинцы и железные ножи, короткие мечи-акинаки скифского типа.

Очень интересный клад ананьинского времени найден на речке Гаревой. Он состоял из бронзовых изделий. Здесь же были обнаружены художественно оформленные кельты, бронзовые формы их отливки, различные художественные детали одежды и конской упряжи. Очень интересна фигурка жука-скарабея, которая могла быть сюда доставлена из Египта! Кстати, археолог А.В. Збруева нашла даже фигурку древнеегипетского бога-покровителя Амона!

У воинов-ананьинцев, которые носили короткие куртки, на голове был надет остроконечный, видимо, кожаный шлем. Как знак отличия, воин мог носить а шее бронзовую или железную шейную гривну – украшение в виде кольца. Были у них и очень интересные бронзовые наконечники стрел с тремя шипами. Такие наконечники были известны у скифов, а некоторые имели свистульки и при полете издавали пронзительный звук, который пугал лошадей противника.

Одним словом, каждый клад ананьевских вещей сегодня может стать гордостью любого музея мира!

Следующая археологическая культура, сменившая в Прикамье ананьинскую – гляденовская ( II в. до н.э. – IV в. н.э.). Ее представителей нередко называют древнейшими земледельцами Пермского края.

Хотя обменные связи гляденовцев были не столь обширны, как у ананьинцев, однако за бронзовые изделия и меха они тоже получали через посредничество степняков-сарматов товары с Кавказа, из Северного Причерноморья. Поддерживали они связи и с племенами Приобья. Одним словом, дошедшие от их времен клады тоже имеют огромную историческую ценность.

После небольшого трехвекового «затишья» в истории, как утверждают пермские археологи, с VII века нашей эры Предуралье вернуло себе вновь статус международного поставщика мехов. Именно тогда к нам мощным потоком хлынуло среднеазиатское и иранское серебро, арабские и византийские монеты, дорогие восточные (в том числе китайские) ткани.

Следует отметить, что большое значение для развития экономических и этнокультурных связей всего Предуралья имело появление в X веке на Нижней Каме сильноразвитого государства раннесредневековой Европы – Волжской Болгарии (Булгар).

Булгарские купцы имели по всему Прикамью свои фактории, своеобразные опорные торгово-промысловые пункты. Именно через булгарских купцов и «купцов чулыманских» попала на Приполярный Урал армянская сабля XII — XIII вв., найденная случайно геологами в 1960-е годы в верховьях р. Малая Тынагога (приток р. Ляпина). Сабля имеет позолоченные клейма в виде христианских крестов и надпись на армянском языке «Мастер Хачатур»…

В период средневековья «восточного серебра» в наших краях было, видимо, значительное количество. Знаменитый князь Иван Калита в 1332 году «возверже гнев на Новгород», просил у них «серебро закамское» для уплаты ордынской дани. И новгородцы Ивана Калиту тогда послушали…

Приведу более поздние примеры. В 1851 году крепостные крестьяне Иннокентий Ужегов и его сын Евгений пахали новое целинное поле в верховьях ручья Лаштовки вблизи деревни Волчиной Соликамского уезда. Во время пахоты они обнаружили двенадцать предметов из серебра общим весом более 5 фунтов, то есть около 2 килограммов!

Самым крупным предметом клада оказалась серебряная тарелка, или небольшое блюдо, с чеканным цветочным орнаментом, обрамляющим изображение оленя с тавром на задней ноге.

Ученые отнесли его к персидским сосудам эпохи династии Сасанидов ( III — VII вв. н.э.). Ну а «сусаниды» — это династия иранских шахов (224-651 г н.э.).

Замечу, что за найденный клад крестьяне ничего не получили, хотя им была обещана награда. Иннокентий Ужегов впоследствии разорился и нищенствовал, а в Российском государственном архиве древних актов до сих пор хранится прошение Евгения Ужегова на имя князя С.С. Абамелек-Лазарева (от 13 мая 1907 г.), в котором он напоминает о найденном кладе, перечисляя подробно все предметы из серебра, и просит выдать ему «100 рублей деньгами или 100 деревьев растущего елового леса в ближайших участках Рождественской дистанции».

Остается сожалеть, что этот клад не удалось подробно изучить, но многие шедевры «сасанидского серебра» и сегодня являются гордостью Государственного Эрмитажа в Санкт-Петербурге.

Еще в безмонетный период на нашу территорию наряду с металлической и глиняной посудой, восточным и европейским оружием, бронзовыми и драгоценными украшениями, стеклянными и каменными бусами, тканями, напитками поступали серебряные и золотые слитки небольших размеров – балыши и бурты. Ну а наш «ответный эквивалент» был представлен солью, мехами, невольниками, слитками бронзы и, наверное, различными продуктами питания: мед, отборное зерно, ценные сорта рыбы…

Но максимальный приток арабских монет в Предуралье приходится на X — XI века. Среди монет преобладают саманидские дирхемы. Интересны и находки медных монет саманидского времени, которые шли в общем потоке и, вероятно, служили прообразом бронзовых монетовидных привесок.

По данным прикамских археологов, в Удмуртском и Пермском Предуралье в вещевых кладах VII — XI вв. найдено более 8 тысяч монет! По мнению профессора ПГПУ, доктора исторических наук А.М. Белавина, по количеству кладов и монет Пермское Предуралье выделяется во всем Волго-Уральском регионе.

К большому сожалению, основная часть монетно-вещевых кладов не стала частью музейных собраний. Бывший крепостной графов Строгановых, известный российский ученый-лесовод, археолог и краевед Прикамья А.Е. Теплоухов писал: «Находимые в Пермской губернии серебряные вещи привозили в Вятку, где, как сказал И. Кривощеков, братья Агафоновы в иной год перерабатывали до 30 пудов серебра и 20 пудов золота на разные образки и прочие вещи. По их словам, серебряные вещи, находимые в земле из хорошего серебра, оно лучше, чем наше, лучше плавится и меньше чернеет на воздухе. Поэтому и находчики серебряных вещей и перекупщики везут его в Вятку».

Известен случай и в 1895 году, когда для одной из дочерей графа Строганова были переделаны в брошь и серьги редчайшие золотые кольца с уточкой, найденные в Майкоре.

Между тем, некоторые клады представляли собой целые состояния. Например, Ягошурский монетно-вещевой клад (1867 г.) состоял из 1500 редких куфических монет. Здесь же были найдены серебряный слиток и кувшин. Или вот в Чердынском уезде в 1860 году был найден клад из 6 тысяч арабских монет!

Очень часто клады были монетно-вещевые, и, надо сказать, многие дорогие предметы до сих пор поражают своей художественной ценностью. Например, у булгар был распространен такой тип шейно-нагрудного украшения, как гривны. В качестве материала для изготовления гривн по традиции использовали серебро, а также была заимствована и форма плетеной гривны-цепи, которые еще с VII века поступали в Предуралье из южных областей Восточной Европы.

На нашей территории тоже найдено немало находок серебряных массивных витых и ложновитых (нарезных) гривн так называемого глазовского типа.

А вот самый известный клад гривн в сопровождении восточных монет, драгоценной восточной посуды и серебряных украшений болгарского производства – это, несомненно, Редикорский клад 1883 года, где в серебряном ведре находилось 34 гривны!

Здесь же неподалеку был найден еще один клад в 1908 году. Наряду с 5 серебряными филигранными серьгами, 2 серебряными арочными подвесками с изображением пламевидных трилистников, круглой бляхой-привеской с арабской надписью, арабскими серебряными монетами, медной фигуркой человека, множеством бус, поясных накладок и пряжек из позолоченного серебра, в том числе с изображением людей и святого с нимбом вокруг головы, было найдено 15 гривн глазовского типа.

В 1853 году недалеко от Кудымкара был найден клад серебряной посуды и 7 удивительных шейных гривн. Несколько подобных кладов за последние два века обнаружено на территории современных Чердынского, Соликамского, Усольского районов и в окрестностях Березников.

Самый известный клад серебряных изделий близ Березников, который сегодня хранится в фондах Березниковского городского историко-художественного музея, был найден в д. Чупино местным жителем в середине 1950-х годов во время работы на приусадебном участке.

В состав этого чупинского клада (время: XI — XII вв., период родановской культуры – предков коми-пермяков) входят три витых гривны глазовского типа, два браслета с сердоликовыми вставками, сосуд хорезмийского производства с растительным орнаментом. По мнению археологов, этот удивительный и очень ценный клад можно связать с Абрамовским селищем, расположенным рядом.

Палаш из Усольской церквиВстречаются и очень небольшие клады. Так в 1992 году археологи Пермского госуниверситета обследовали поселение Ленва (через дорогу от Камского моста, где купаются березниковцы), а в самой ныне уже полуразрушенной Свято-Троицкой (Ленвенской) церкви (памятник федерального значения, постройка 1688 г.) был найден «схрон» церковного инвентаря XIX века: монеты, витражные стекла, фрагменты оклада икон и различной церковной утвари: светец, керамические плошки…

Или вот несколько лет назад, опять же археологи Пермского госуниверситета, изучая остатки постройки XVIII века с глинобитной печью в поселке Орел Усольского района, нашли четыре медных пятака Екатерины II и Александра I . Но исключительный интерес представляет находка здесь же двух фрагментов иероглифического письма – китайской скорописи XIV — XVII веков. Как эта китайская грамота оказалась в Верхнекамье? Зачем ее в потайном месте (под глинобитной печью) хранили хозяева?

Иногда археологи находят клады и из эпохи каменного века! Например, вблизи Березников не один десяток лет изучается поселение эпохи мезолита (среднекаменный век, VIII — VII тыс. до н.э.) – «Огурдино». Это поселение по характеру расположения материалов и по площади (50 га) на сегодняшний день – один из крупнейших мезолитических памятников Европы. Не случайно оно отмечено даже в британской королевской энциклопедии. Так вот, именно здесь десять лет назад был найден клад из шести обитых топоров из сланца с частичной пришлифовкой поверхности.

Для современного человека – ну какой же это клад? Но для специалистов – просто сенсационное открытие, а для «черных археологов» — целое состояние!

Уникальное и очень красивое массивное холодное оружие (палаш) в 80-е годы прошлого века нашли березниковские подростки в исторической части г. Усолья – в Никольской церкви, памятнике русского классицизма, возведенном в честь победы русского оружия в войне 1812 года. Сегодня он выставлен в экспозиции нашего городского историко-художественного музея. Палаш был аккуратно завернут и, видимо, определен «на вечное хранение» в алтарной части храма. Интересно, кто его заложил? В память какого события? Или человека?

Ценность практически всех, названных выше, произведений искусств неоспорима, и их стоимость на «черном рынке» будет не каждому олигарху по карману, но… если законопослушный россиянин сдаст государству клад серебряных или золотых изделий, что он, кстати, обязан сделать по закону, то согласно Гражданскому кодексу РФ он получит только 50 процентов от стоимости курса драгметалла в банке… То есть, историческая, культурная и художественная ценность уникальных находок у нас до сих пор не учитывается!

Вот почему сегодня большинство монетно-вещевых кладов проходят мимо рук исследователей и являются предметом активной антикварной торговли.

 

Владимир ШИЛОВ,
« Уральский следопыт», №12, 2006 г.


На сайте есть: