ГлавнаяКлады Ленинградской областиРеволюционные клады Ленинграда

6 марта 1985 года бригада рабочих РСУ-8 треста №2 под руководством мастера В. Трусова заканчивала разборку перекрытий дома 16 на Второй Красноармейской улице в городе Ленинграде. Работать им оставалось немного — надо было лишь сломать старый чулан у черной лестницы старинного доходного дома. Раньше в чулане дворники хранили метлы, ведра, лопаты. Двое рабочих быстро разломали половицы, обнажив балки перекрытий и засыпку.

 

       Подключили отбойные молотки и стали взламывать междуэтажное перекрытие. И тут вдруг молоток рабочего Быстрова целиком провалился в открывшуюся под полом дыру, повиснув на шлангах. Быстров заглянул в дыру, но там царила непроглядная тьма. Посветили спичками — внизу была комнатка с грудой каких-то вещей. Спуститься вниз вызвался некто Третьяков — рабочие понимали, что они наткнулись на что-то необычное.

       Третьяков повис на руках, тяжело спрыгнул вниз и через минуту, оглядевшись, подал товарищам пуховую подушку и атласное одеяло. Затем в дыре показался большой позолоченный кубок, а ошеломленный увиденным Третьяков, сообщил в дыру, что подобных вещей там много… Надо было бежать в милицию.

       Трое рабочих остались караулить тайник, а бригадир на такси поехал в ГУВД и вернулся оттуда с двумя офицерами милиции.Все вместе обследовали тайник и поняли, что когда-то одно из помещений третьего этажа было аккуратно перекрыто антресолями так, чтобы внизу образовалось небольшая потайная комнатка размером два на два метра и столько же в высоту. Над ним помещался дворницкий чулан, о котором все знали. Тайник был устроен очень умно — попасть в него можно было только через потолок нижней квартиры, в котором ремонтники обнаружили три доски, поднимающиеся на шарнирах.

       Тайник пережил несколько поколений жильцов этой квартиры, годы гражданской войны, блокаду, два или три ремонта. В нем насчитали около тысячи предметов, аккуратно уложенных в ящики и развешанных по стенам. Одежда — смокинг, бережливо подвешенный на плечики, бальное бисерное платье, шубы, обувь, мужское и женское белье, халат, шляпа в коробке. Посуда — кофейники, хлебницы, ложки, вилки, столовые ножи, бокалы, чаши, графины, кувшины, блюда, флаконы , конфетницы, корзинки. Обиходные и памятные мелочи — кулоны, брошки, запонки, пудреницы, , серьги, медали, знаки отличия, подвески, пенсне…

       Из тайника достали ящик шампанского, трехлитровую бутыль с вишневой наливкой, шоколад, пакетики с кофе, мешочки с жареным ячменем, консервы, крупы, чай. Вытащили оттуда ведерный самовар, телефонный аппарат, подсвечники, бронзовые часы, две фарфоровые скульптурные группы, гардины, шторы, постельное белье, одеяла, подушки, коврики, , кружева. Еще — деловые бумаги. документы, коллекцию почтовых марок, мешочек с разменной серебряной и медной монетой, три скрипки. Разгадка тайника нашлась тут же. В бумагах оказались чековые книжки, документы и визитные карточки на французском языке на одно имя : “Владимир де Лабзин, чиновник по делам особой важности Министерства внутренних дел”.

       Телефонный номер Владимира Николаевича Лабзина в петербургском справочнике совпадает с номером на найденном телефонном аппарате. Все стало на свои места. Лабзин, важный чиновник МВД, бежал из России после октябрьского переворота, и после его отьезда прислуга убрала в тайник все оставшиеся вещи. Документы прислуги тоже были среди бумаг в тайнике. Но что именно помешало воспользоваться спрятанными вещами и хозяину и прислуге — осталось неясным. Круговерть гражданской войны не выпустила их из вихря.

       Это был наиболее значимая находка так называемых кладов революционных времен. К началу революции Россия стала одной из самых богатых стран мира. Золото, серебро, драгоценные камни и изделия из них хранились не только в старых дворянских домах, но и у купечества, у городских мещан, даже у крестьянства.

       Революция всколыхнула державу. В городах начался “жилищный передел”. Из сотен тысяч церквей и монастырей изымались ценности, пошли конфискации у дворянства и буржуазии. В 1924 году в Москве в старинном дворце князей Юсуповых в Большом Харитоньевском переулке был найден один из ценнейших кладов — в замурованной нише под каменной лестницей был укрыт сундучок с изделиями из золота и серебра, а рядом лежала скрипка работы прославленного мастера из Кремоны Антонио Страдивари.

       Во дворе юсуповского дворца известный кладоискатель и исследователь послереволюционной Москвы Игнатий Стеллецкий проследил четыре люка, в одном из которых начинался разветвленный подземный ход, но кладов в подземельях больше не было. Стеллецкому несмотря на его фантастическую одержимость вообще в поисках не везло.

       Немало кладов выворотили на поверхность в связи с реконструкцией центра Москвы. Под паркетом дома в Потаповском переулке в вентиляционной отдушине бригада газовщиков обнаружила два шерстяных чулки, набитых бриллиантами, жемчугом, украшениями, а также бумажными керенками. 111 зерен крупного жемчуга оказалось в кладе, а один из бриллиантов пришлось взвешивать на аптекарских весах — в стандартное приспособление для измерения оказалось для него слишком мелким.

       На Марксистской улице школьники в траншее нашли небольшую бутылку коричневого стекла, в которой было колье со131 бриллиантом, брошь с рубинами и алмазами, серьги и кольца из золота и платины. В 1957 году в коммунальной квартире, устроенной в старом особняке, принадлежавшем банкиру, на Тверском бульваре меняли полы. Под досками нашли три металлических тусклых бруска. Сначала им не придали значения — на них прямили гвозди, ими прижимали крышки кастрюль. Лишь спустя полгода кто-то обратил внимание на необычно большой вес брусков и догадался потереть их шкуркой. Бруски оказались из червонного золота общим весом 2,5 килограмма.

       Иногда клады ХХ века сопровождались записками — известны по меньшей мере два таких случая. В апреле 1962 года в стене известного недостроенного царицынского дворца была обнаружена гуттаперчевая коробочка, в которой в обрывок газеты 1919 года были завернуты 38 серебряных монет и несколько кредитных билетов Временного правительства. Монеты были явно коллекционными, так как представляли собой смесь различных номиналов, начиная от Анны Иоанновны. В коробочке лежала и записка: \"Приду после войны. 1919 г. На, возьми, Боб от Щарда.\"

       На чердаке дома на Сретенке в прошлом году кладоискатели обнаружили револьвер “браунинг” с патронами в идеальном состоянии — оружие было зарыто в чердачную заспыку и лежало в кобуре. К оружию прилагалось и разрешение на его ношение на имя Сруля Моисеевича Циммермана, подписанное, кстати, Урицким.

       В тихом московском дворике, напротив знаменитого музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина на Волхонке, около фундамента здания лежал вросший в землю валун. Семьдесят лет никому не было до него дела, он не мешал ни строителям, ни водопроводчикам, ни автомобилистам. Но два года назад кому-то пришло в голову валун перевернуть. А под валуном оказалось углубление, в ямке — завернутые в резиновый лист два нагана, россыпь патронов к ним, две пары юнкерских погон и петлиц Александровского училища, разменная монета и серебряный портсигар с запиской, из которой явствовало, что этот тайник устроили два юнкера во время боев с большевиками осенью 1917 года. Их взвод был разбит бывшими фронтовиками и разогнан по московским дворам. Ребята положили в тайник все , что нашлось у них в карманах, объяснив в записке, что они опасаются за свои жизни и поэтому оставляют в записке нашедшему номер счета в Английском банке и пароль для получения денег.

       Все это звучит несколько фантастично, но ныне и номером и паролем занимаются юристы и утверждают, что шансы на получение денег есть. Один из старейших советских писателей девяностолетний Лев Овалов не так давно рассказал занятную историю. В Москве всем известен Дом литераторов — ЦДЛ. Здание перестроено из особняка графа Олсуфьева, главы московских масонов в предреволюционные времена. В двадцатых годах там размещался детский сад. Лев Овалов хорошо знал заведующую этим садом — бывшую свитскую даму Николая II Елену Петровну Месину. Однажды к ней пришли две дамы- тоже из бывших и попросились переночевать в детском доме. Месина отказала, но дамы были настойчивы и пришли снова.

       Месина стояла на своем, а утром придя на службу обнаружила разрытую клумбу, люк и подземный ход, ведущий в особняк, где под полом был оборудован объемистый тайник — уже пустой. Революционные клады вообще оставили значительный след в советской литературе. Сюжетная завязка о буржуях или дворянах, возвращающихся в Советскую Россию за спрятанными сокровищами, прослеживается в книгах самых разных авторов — от Михаила Булгакова до Анатолия Рыбакова. Не кажется выдуманным и сюжет знаменитых “Двенадцати стульев” — в городе Лодейное Поле Ленинградской области при ремонте старинного стула столяр нашел газетный сверток, в котором была значительная сумма в долларах начала века. Газета, кстати, оказалась \"Правдой\" за 14 ноября 1918 года…


На сайте есть: