ГлавнаяКлады СибириАмурское золото в кладах
 
Клады  промышленного золота.

13.2.  Оборудование для поиска кладов

 

Сегодня на рынке представлено множество видов оборудования для поиска кладов, начиная от простейших и заканчивая суперсовременными металлодетекторами за сотни тысяч долларов. Для каждого вида работы необходим соответствующий инструмент. Поэтому   необходимо учитывать не только мощность прибора, но и то, подойдет ли он  для конкретного вида поиска,  а также соразмерна ли его стоимость с ценностью предполагаемых находок.

 

В последние годы появились металлодетекторы, позволяющие обнаружить клады на глубине до 6 м – это более чем достаточно для решения практических задач. Наличие дискриминаторов позволяет исключить лишние раскопки.

 

Расброс цен на приборы огромен -  от 400 долларов  до почти плюс бесконечности. В России все приборы заграничного производства стоят несколько дороже, чем на западе, однако с недавнего времени  и у нас начали производить вполне приличное оборудование, которое сравнительно дешево..

 

В последние годы есть примеры, когда крупные клады были найдены в результате дешифрирования  космических снимков.


13.5.  Кражи золота

 

Воровство золота на приисках было всегда, однако с появлением золотничников и частной добычи  этот процесс шел по нарастающей. Наибольшим спросом у приисковых рабочих пользовались крупное золото и самородки, находка которых считалась «фартом».  Рабочие, которые были заняты промывкой песков на бутаре, всегда выглядывали крупное золото.  Самый усиленный надзор здесь мало помогал.

 

Еще больше соблазна укрыть золото было у золотничников, работавших по  договору с хозяевами или арендаторами приисков.  Все добываемое золото проходило через руки золотничника. Сдавая золото, он получал 3-3,5 руб. за золотник от предприятия. В то же время скупщики золота давали за золотник 4,2-4,5 руб.

 

В начале ХХ века большинство  рабочих на приисках составляли китайцы, которые приходили сюда на сезонную работу, а с холодами возвращались на родину. Женщин-китаянок на приисках не было. С каждым годом количество их возрастало (с 60,4 % в 1903 г. до 87,3 % в 1916 г.).  Китайцы в конкурентной борьбе вытеснили русских с золотых приисков. Китайские рабочие преобладали на амурских золотых приисках вплоть до середины 30-х годов ХХ века, пока их  не вытеснила еще более дешевая рабочая сила – заключенные и спецпереселенцы.

 

Громадное количество золота китайцы  уносили с собой за Амур. По некоторым оценкам современников, тайный сбыт амурского золота в Китай в 1893 и 1894 г.г. составлял до 500 пудов в год при  цене 5 руб. 20 коп за золотник.  Каждый китаец уносил с собой осенью в среднем около 100 золотников на сумму около 500 рублей   (официальная зарплата составляла примерно 100 рублей в год).  После русско-японской войны 1905 г. утечка русского золота за Амур оценивается от 75 до 125 пудов ежегодно.

 

Утаенное старателями и хозяевами приисков золото активно скупалось на приисках китайскими спиртоносами.  Китайские  скупщики   бродили от прииска к прииску, предлагая за золото деньги или продукты и отмеривая тут же  золото на маленьких самодельных весах. Проще всего было приобрести золото за спирт, который пользовался в тайге большим спросом. Стоимость ведра спирта в городе составляла 15 рублей, в тайге – 120 рублей. Прибыль за сезон у спиртоносов достигала 23000 тысяч рублей.

 

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА:  К примеру, на приисках Верхнеамурской и Зейской компаний поденная плата хозяйским рабочим при добыче песков и вскрыше торфов достигала 2 руб 75 коп. За золотник шлихового золота, добытого при старательских работах, компании платили от 2руб 50коп до 2руб 80коп, а скупщики золота, китайцы, от 4руб до 4руб 75 коп. При такой форме оплаты труда и государственной цене на химически чистое золото в 14000 металлических рублей за пуд (3руб 68 коп за золотник) или, примерно, по биржевому курсу, 21000 кредитных рублей за пуд (5руб 50 коп за золотник), золотопромышленные компании имели громадные доходы.


13.7.  Кто такие старатели-хищники?

 

 

«Кроме крупных золотопромышленных компаний, золото в зейской тайге добывали старатели-«хищники». Их звали так потому, что их добыча была незаконной, потому что они занимались хищением золота из недр, не выкупая земель,   не платя в казну налогов. А больше всего, наверное, из-за того, что используемый ими ямный способ добычи, при котором в целиках между ямами оставалось брошенное золото, делал россыпи непригодными для дальнейшей разработки»  (П.Ю. Афанасьев).

 

«К концу Х1Х века прогрессивным элементом в расширении и освоении золотороссыпной сырьевой базы становятся артели старателей-хищников, на плечах которых золотодобывающие компании, используя репрессивный аппарат государства, зачастую въезжали во вновь открытые, ранее не освоенные районы» (Старков Н.А.).

 

Наряду с большой массой российского люда, преимущественно из числа крестьян, стремившегося на золотые прииски, чтобы честным трудом в качестве «контрактных» рабочих или старателей-золотничников заработать определенные средства для удовлетворения каких-то своих хозяйственных потребностей, в период становления частного золотопромыслового дела на дальних приисках и в глухих  таежных урочищах стали появляться так называемые «вольные старатели». В среде этих «добытчиков» преобладали авантюристы, различные уголовные элементы, бродяжки и «охотники за легкой наживой», которые в одиночку или небольшими артелями с помощью кайла, лопаты, промывального лотка, реже тачки и легких «шлюзков с решеткой», занимались, в основном, нелегальной добычей золота, нередко с разбоем, в удаленных малоосвоенных приисковых районах, а затем и сбытом его по своему усмотрению, часто контрабандными путями за границу и на «черном» рынке. За разбойное поведение в тайге, полное игнорирование законности и нанесение значительного ущерба сырьевой базе и развитию отечественных золотых промыслов, а следовательно, государственным интересам, члены таких артелек, точнее бандгрупп, и индивидуалы – «охотники за фартом» - справедливо и всенародно получили нарицательное именование «старатели-хищники», последователи которых существуют, к сожалению и поныне.

 

Особый размах хищническая добыча золота в Амурской области получила в 1886 году, когда китайские войска разгромили Желтугинские прииски на правой стороне Амура. До 8 тысяч человек разного сброда  по требованию начальника отряда ушли за Амур. Хищничество приняло массовый характер после разгона китайскими властями «Желтугинской республики».

 

Следующая республика старателей-хищников – Бомская, куда перебралась основная масса народа с Желтуги. В отдельные годы здесь добывали золото до 5 тысяч человек.

 

В 1895 году крупное «Общество вольных старателей» было обнаружено на Савушкином ключе в бассейне реки Гилюй.  В 1896 году хищники перешли на соседний ключ – Миллионный, где их скопилось до трех тысяч человек. В 20-е годы центром «Гилюйской республики» стал прииск Кукушка.

 

Всякое накопительство и сбережение денег у старателей презиралось. Работая большую часть года в тайге, они  не имели ни дома, ни семьи. Выбираясь в город после сезонных работ, старатели за несколько недель или дней проматывали все, что зарабатывали за сезон тяжелым трудом. Проспавшись наутро после загула в кабаке или ресторане, они обычно обнаруживали пропажу денег и мешочков с золотым песком.

 

Богатых людей среди старателей не было, хотя за сезон они иногда  зарабатывали  большие деньги. Богатство – это то, что мы накапливаем, а не тратим. Страсти к накопительству у старателей не было. Богатели те, кто был рядом со старателями – скупщики золота, поставщики разных припасов, спиртоносы, хозяева приисков.

 

Хищничество пошло на убыль только в 30-х годах ХХ века,  в связи с жесткой  политикой советской власти в отношении нелегальной добычи золота.

 

Безымянным старателям-хищникам принадлежит слава первооткрывательства золоторудного месторождения Золотая Гора, россыпей золота ручьев Савушкина и Миллионного, россыпей верховьев Улунги, прииска Октябрьский.


13.9.  Поиск кладов промышленного золота в Амурской области                         

 

 

Клад – короткое волшебное слово. Произнесите в компании слово «клад»  и все глаза загорятся огненным блеском. Кто из нас не мечтает отыскать спрятанные сокровища?

 

Во все времена находились люди, готовые идти на риск и лишения ради обладания спрятанными кладами. Кладоискатель весь предан поиску, в нем живет дух познания и авантюризма. Для кладоискателя жить – значит идти навстречу приключениям, тайнам, радости открытий. В жизни стоит безумствовать, в ней есть место и для расчетливых скептиков, и для оптимистов-романтиков.

 

Россыпное золото и самородки, спрятанные в виде кладов, иногда находят в золотоносных районах и, предположительно, их может быть много. Вот что пишет об этом Алексей Козлов:

 

«Перед гражданской войной Сибирь давала в год  несколько десятков тонн золота. В дни, когда государство исчезло, перестала существовать и казна.  Куда же уходили тонны золота, которое продолжали добывать? Советская власть до мест золотых приисков дотянулась лет через семь. То-есть, семь лет золотопромышленник работал сам на себя. И если даже учесть, что добыча золота упала в десятки раз, все равно тонна золота в год уходила, пряталась чьими-то руками под условную сибирскую сосну. Если не пряталась, тогда на русском мужике нужно ставить огромный исторический крест! Эти рассуждения подтверждались и  обычной психологией – вечным недоверием русского человека к меняющейся власти. В данном же случае, когда экспроприировалось все и у всех, сделать золотой запас под сосной сам Бог велел. Золото – при любой власти золото!

 

Оптимизма прибавил случай, который произошел в окрестностях одного из самых богатых золотых рудников «Богомдарованный». В 30-е годы сюда приезжал бывший хозяин одного из приисков. Из за границы, где ему жилось не очень сыто, он вед переписку с НКВД о том, что покажет свой клад в четыре мешка золота при условии, что ему будет отдано пятьдесят процентов. Разумеется, в НКВД дали согласие. Человек приехал, его повели в тайгу, где он был расстрелян и закопан там же, где нашли четыре мешка золота.

 

Вряд ли кто-то еще из обладателей кладов был столь же наивен, как этот неудачник».

 

С мнением А.Козлова можно согласиться. Стоит добавить, что  случаи хищений золота были всегда – и до и после революции, не меньше их стало и в наше время. Это отмечает и Ю.А.Билибин – «…крупные частицы металла и самородки,  бывают хорошо видимы простым глазом в забое, при выемке песков; во многих случаях это ведет к значительному хищению металла. В прежнее время россыпи с крупным золотом всегда отдавались под старательские работы, так как при хозяйских работах хищения металла были настолько велики, что россыпи даже с очень богатым содержанием  приносили лишь убыток».

 

Часть похищенного золота, несомненно, пряталась, и не все потом смогли воспользоваться  своим кладом. Возможно, не в одном старом доме под половицей или в подвале есть тряпица с завернутыми в нее самородками.

 

Вот какой случай произошел не так давно в одной из старательских артелей. Начальник участка приехал в поселок и купил на мясо бычка у местных жителей. Пока эту сделку обмывали, бычок был временно помещен в заброшенный дом под замок.  Поскольку накормить его не догадались, он сам о себе позаботился и стал жевать тряпку, затыкавшую щель между бревнами. Когда за бычком пришли, на губах у него остался золотой песок. Промыв содержимое желудка бычка, из лотка достали около 300г золота. Покупка оказалась очень удачной.

 

Самородки золота до революции, да и в советское время, часто приравнивались к «нетрудовым доходам». Вот как говорил  об этом в 1875г. Немирович-Данченко:  «Старатели сдают промытое ими золото на центральные прииски, получая от казны от семидесяти пяти копеек до полутора рубля за золотник.  Если же попадались самородки, то за них правительство платило часто только по 15 коп. за золотник. Да еще походить за этим приходилось вволю». Получается, что самородки золота было выгоднее припрятать, а затем сбыть перекупщикам за границу.

 

Если оценивать масштабы нелегальной добычи золота в Амурской области, то вот что об этом пишут Владимир Лешков и Валерий Авлов:

 

«С 1867 по 1922г. (55 лет) в Амурской области официально зарегистрированными промыслами было добыто 281,5т золота. Сюда не входит достаточно большое количество металла, нелегально добытого из россыпей Приамурья старателями-хищниками. Э.Э.Анерт оценивал общее количество золота, добытого в Приамурском крае за период с начала золотопромышленного промысла и по 1922г. в объеме не менее 940т.» В таком случае среднегодовая добыча золота за 1867-1922г. составит 17,1т, что значительно превосходит современный уровень (9-13т в год).

 

Для нас интересен прежде всего тот факт, что до 1922г. две трети золота в амурской тайге добывалось нелегально старателями-хищниками, которые хранили добытое золото в тайниках   и   не всегда потом сумели воспользоваться добытым богатством.

 

В годы гражданской войны и японской оккупации добытое золото на приисках конфисковывалось бандами хунхузов, отрядами амурских партизан, белогвардейцев и японцев, что также принуждало прятать золото в тайных схронах. Вот как описывает одно из таких событий Борис Хохрин.

 

«Летом 1919г. вдоль Транссиба двигалась группа партизан из отряда Сергея Лазо, который под давлением частей японцев и белых отступал в Якутию. В коротком, но ожесточенном бою под поселком Стрелка (до 1930г. – п.Новоивановский) партизаны нанесли поражение отряду казаков, охранявших прииск Ларинский. В качестве трофея победителям досталось около полутора пудов золота, которое было конфисковано у приискателей в пользу победы над врагом внутренним и внешним.

 

Преследуемые превосходящими силами противника, партизаны двигались по горной тропе в сторону поселка Тындинский. Несколько домишек, склады и трактир – вот и весь поселок того времени. Владелец трактира Шкаруба,  один из самых первых жителей поселка, отвел партизан на свое зимовье, где они получили возможность отдохнуть и переждать опасность. Отдыхать, впрочем, долго не пришлось. Дальревком активизировал борьбу с интервентами и потребовал напрячь все силы против японцев. Командование отряда решило идти на соединение с основными силами в Приморье. Путь дальний, трудный. Было решено спрятать лишнее оружие, боеприпасы и золото в пещере, находящейся в 2,5 версты от зимовья Шкарубы и завалить вход.

 

Через полвека один из немногих уцелевших партизан упомянутой группы побывал в тех местах, где когда-то пришлось укрываться. Много лет прошло, память ослабла, да и тайга несколько изменилась. Не смог ветеран найти захоронку.»

 

Таким образом, в Амурской области выделяется три основных фактора, по которым можно назвать перспективные для кладоискательства площади:
а) высокая крупность золота;
б) нелегальная добыча золота до революции;
в) продолжение старательских работ в годы гражданской войны.

 

Оценивая с этих позиций известные золотоносные районы, чисто теоретически можно выделить только один район с широким развитием кладов – Дамбукинский, а в его пределах территорию бывшей «Гилюйской республики» старателей-хищников.

 

Все сказанное не означает, что в других золотоносных районах кладов нет. Целью настоящей статьи являлось обоснование выделения наиболее интересного района для кладоискательства.

 

В бассейне среднего течения р.Гилюй находили самые большие в области самородки – до 10кг. Здесь красивейшая природа, заброшенные поселки, удачная рыбалка, незанятое население. Если сюда еще добавить умело поданные легенды, подобные приведенным в данной статье, и небольшую рекламную компанию, то район может стать объектом туризма, в том числе иностранного. Туризм    в наше время один из самых прибыльных видов бизнеса.

 

Туризм поможет оживить умирающий район, снять на многие годы проблемы с трудоустройством местного населения, получать за счет туристов доход и дополнительное золото по невысокой цене. В США старые поселки золотодобытчиков существуют сейчас только за счет туризма, у нас же они полностью вымирают.

 

В Финляндии старатели добывают около 10 кг золота в год, однако доход от туризма на золотые ручьи намного превышает эту цифру.  Ежегодно тысячи людей приезжают на соревнования по добыче золота лотком.

 

Для развития туризма необходимо наличие слоев населения, обладающих свободными средствами и временем. Все это есть в двух часах езды от бывшей «Гилюйской республики» - работники Зейской ГЭС  и других местных организаций обладают большим парком вездеходных машин, имеют высокую зарплату и свободное время в выходные дни и в период отпуска.

 

Если мы хотим определить хотя бы приблизительно количество промышленного золота и самородков, спрятанных в амурской земле, можно высказать следующие соображения. Преобладающая часть нелегально добытого золота до 1922 года проходила стадию «спрятанного клада». Если предположить, что около 1% от нелегально добытого золота осталось невостребованным, что вполне реально, то прогнозные ресурсы промышленного   золота     в амурских кладах составят около 6 т.  Принимая эту цифру за основу, можно сделать следующий вывод -  проблема существует, есть смысл заниматься поиском кладов, если не на профессиональной основе, то в период летних отпусков.

 

Какими методами и где конкретно искать спрятанные сокровища – тема отдельного разговора и это уже, как говорится, совсем другая история.

 


13.12.  Гилюйские клады

 

Для поиска кладов совсем необязательно отправляться в далекие страны, надо просто немного знать историю своего родного края. Везде в мире большинство кладов появлялось в дни бунтов и иноземных нашествий.

 

19 сентября 1918г. два батальона японских войск на грузовиках, с артиллерией приехали в г.Зею. Полурота японцев стояла в Бомнаке. В городе начался период японской оккупации, в районе настало время безвластья. Несомненно, что главной целью японского гарнизона был контроль над добычей золота в Зейском районе. По словам японских солдат, в Зею они пришли всерьез и навсегда. Из японских пушек был потоплен пароход «Телеграф» с красноармейцами на р.Зея, напротив городского парка. Команда и пассажиры были добиты в воде из винтовок, пленных не брали. Скромный местный часовщик вдруг появился на улицах в форме офицера японской армии и принял деятельное участие в установлении нового порядка, в частности, расстрелах большевиков и лиц, им сочувствующих.

 

17 мая 1919г. зейские золотопромышленники обратились к господину капитану Судзуки «…с покорнейшей просьбой срочно командировать в район приисков, расположенных по Гилюю, воинский отряд для уничтожения шайки хунхузов, которые производят убийства и грабежи на приисках» (из фондов Амурского областного архива).

 

Однако японские отряды на Гилюй не пошли. 7 июля 1919г. в 4 часа утра шайка хунхузов около 150 человек напала на прииск Петровский  и прииск Сергеевский (нынешний п.Золотая Гора). Со стороны стоявшего там  отряда козаков 2 человека были убиты, 5 ранено, трое без вести   пропали. Со стороны хунхузов убито шесть, число раненых неизвестно, взято 388 золотников (1668г) золота и 25000 руб. деньгами. Шайка после нападения направилась горами параллельно тракту на Гилюй  («Голос тайги», N 1427, 1919г.).

 

Здесь необходимо отметить, что основное рудное золото (около 2т) на Золотой Горе было взято в 1917-1921 г.г., смутное время смены власти. Работать мешали то японцы, то партизаны, то отряды Земской администрации, требовавшие за свое покровительство оплаты золотом. Ежедневная    добыча на приисках Золотой Горы достигала 32 кг, однако все золото тут же пряталось в тайных схронах, поэтому добыча хунхузов – 1668г на 150 человек – выглядит просто жалкой.

 

По приблизительным подсчетам, в период гражданской войны 1917-1922г.г. в Дамбукинском золотоносном районе было добыто около 5 т золота, которое в то время являлось самым надежным платежным средством и не обменивалось на деньги быстро меняющихся властей.  Куда пошло это золото, остается неясным.      


13.15.  Клады слитков золота

 

 

Кроме кладов промышленного золота, в Амурской области время от времени находят слитки золота, о чем можно узнать из центральных и местных газет, а также в книге рекордов Гинесса, под рубрикой «Крупнейшие клады».

 
По воспоминаниям Н.Василенко, должностных лиц Белогорского района и материалам газет

 

Аккурат в день своего рождения, 22 июня, тракторист из Великокнязевки Николай Василенко обрабатывал на своей машине соевые поля. Часов около одиннадцати ножи культиватора обо что-то стукнули. Обернувшись, Василенко увидел на земле небольшой продолговатый брусок.  Он был необыкновенно тяжелый. На нем заводским способом были вытеснены следующие знаки: «Бл 1918, 30ф, 37, 39 ОД, 30 л, 859, N 1101».

 

Василенко положил брусок в рукавицу, рукавицу сунул куда-то в кабину трактора и проработал в поле до вечера. Дома он показал брусок жене, тщательно его отмыл, а наутро сдал куда следует.

 

В бруске оказалось двенадцать с половиной килограммов золота 859-й пробы. По ценам, существующим три-четыре года тому назад, золото было оценено в 588 тысяч рублей. Василенко получил четверть – 147 тысяч, две тысячи из них перечислил в какой-то благотворительный фонд, остальное употребил в пользу своей многодетной семьи.

 

Многие в деревне не поверили, что Василенко нашел золото «просто так», в поле. Ходил слух, что незадолго до дня своего рождения Василенко лежал в больнице с одним из старожилов села Новоандреевка (несколько километров от Великокнязевки), который якобы перед смертью открыл ему место, где еще со времен гражданской войны хранится золотой клад.  Василенко этот слух и другие, ему подобные, отрицает начисто:  в больнице никогда не лежал, сам он приезжий  и о золоте слышал только краем уха. И вообще: как сказал, так и было.

 

Тем не менее районная милиция усиленно «отрабатывала версию» о том, что слиток золота лежал в земле не в том месте,  на которое указывал Василенко. Однако слиток был тщательно вымыт, и экспертиза ничего не дала. Тем не менее Василенко получил анонимные письма с требованием положить под угрозой смерти на условленное место двенадцать золотых кирпичей. Злобного анонимщика – соседского недоросля – вскоре поймали. Он залез ночью в детский сад и оставил образцы своего почерка на всем, куда могла дотянуться его пакостливая рука.

 

В окрестных селах в историю, рассказанную Василенко, верят через одного. Остальные, наверное, завидуют.

 

Местный старожил дед Лука Павлов (о нем разговор впереди) считает, что Василенко вполне мог найти золото прямо в поле, на том самом месте. Дело в том, что место это не простое. Раньше там был колхозный полевой стан, и не случайно на этом месте в поле много мусора, оставшегося от разрушенных домов. А еще раньше, в доколхозные времена, здесь стояли полевые заимки мужиков из окрестных сел – Великокнязевки, Комиссаровки,  Новоандреевки.

 

История вторая, малоизвестная.

 
По воспоминаниям Луки Павлова

 

 

Был я мальчишкой: лет восемь или десять мне было. Как-то возле нашей Андреевки стала канонерская лодка. Лодка-то шла вверх по реке, ее подбили, рулевое хозяйство ей разломали. Ну, значит, она управляться уже не могла, дошла до Андреевки и тут, значит, остановилась. Команда бросила ее посреди реки, а сама – в разные стороны. Кто ту канонерскую лодку подбил, я не знаю, какая на ней команда была – белые или наши – тоже не знаю, врать не буду.

 

Начали мужики окрестных сел ту лодку грабить: наши, князевские, комиссаровские… Оружия там было много, одежды, продуктов. Но потом наши мужики стали чужих отгонять: канонерка-то напротив Андреевки стояла. Решили обществом все оружие собрать. Сложили его в кучу, накрыли брезентом. Часового вооруженного поставили. Мы, пацаны, это оружие навострились таскать: несколько человек часового отвлекают, дразнят, а один – шмыг под брезент… Потом в нашей деревне был на постое партизанский отряд Старика. Мы те винтовки партизанам отдали, чтобы они нам на конях кататься разрешили. Партизаны нам еще деньги давали,  зеленые, с хвостами…

 

Канонерку потом вниз по реке утащил какой-то пароход.  Было ли на ней золото – не знаю, не слышал.

 

Слышал, что тракторист из Князевки нашел слиток. Это, видно,  кто-то из наших мужиков добыл и на заимке спрятал. А еще был случай, что по тем полям белые офицеры отступали. Появились с реки, взяли в Князевке лошадей и на тройках – через Комиссаровку. А там их в упор – пулями. Вот и бежали они по этим полям. Я сам видел, мы там как раз были. Мне еще старшие сказали, чтобы я в борозду от пуль спрятался. Может, кто из офицеров на бегу это золото и выронил или выбросил, тяжелое оно все-таки…

 

Дополнительные сведения.
Лука Антропович Павлов родился в 1910 году.
Судя по воспоминаниям бывшего партизана Н.Юрканова  (Бюллетень N 4 Военно-исторического общества при Хабаровском ОДО , 1962 г.), отряд Старика находился в Новоандреевке в конце 1919 – начале 1920 годов.

История четвертая, очень недостоверная


13.14.3. Партизанская сопка

 

 

 

 

 

Между заливами Зейского водохранилища Большой Гармакан и Малый Гармакан находится сопка с крутыми скалистыми склонами, где в годы гражданской войны и японской оккупации располагался партизанский пост. С вершины сопки открывается великолепный обзор на Зейское море. По слухам, на этой сопке нашли бутылку с золотым песком, не исключены другие подобные находки. На Партизанскую сопку лучще подниматься от залива Большой Гармакан, куда можно доехать на легковой машине. Поход на Партизанскую сопку можно рассматривать как маршрут выходного дня, который к тому же хорошо совмещается с рыбалкой  в заливе Большой Гармакан.

 

На сопке между г.Зея и заливом Малый Гармакан, где телевышка, располагался японский пост. В 1986г. восемь зейских школьников из поселка Светлый на южной стороне сопки, ближе к плотине, решили выкопать щтабную землянку. Рядом с выбранным местом на дереве виднелся старый затес, на котором были вырезаны какие-то иероглифы. На небольшой глубине была найдена металлическая фляжка с золотым песком. Находку решили разделить по-честному, без обид – спичечным коробком. Разумеется, эта история вскоре дошла до правоохранительных органов. Золото отобрали, школьников слегка пожурили. Землянку проверили армейским  миноискателем, который показал отсутствие в земле металла.

 

Когда страсти немного  улеглись, ребята продолжили копать землянку и через полметра нашли большой слиток золота. На этот раз они поступили умнее – сдали свою находку в милицию, а на положенные по закону 25%  от стоимости клада купили себе по машине.
 Клады семейных ценностей

 

Наиболее удачливые золотопромышленники Зейского района до революции строили себе дома в Москве и Санкт-Петербурге, много путешествовали за границей. Однако немало золотопромышленников жило в Зее, которую местные жители любовно называли «маленьким Парижем».  Вероятно, не все накопленные ценности удалось вывезти из города в период бурных революционных событий. В зейской районной газете неоднократно появлялись заметки о найденных кладах шлихового золота и оружия.

 

12 января 1918 года ВСНХ своим постановлением обязал население сдать все драгоценные металлы по твердой цене (фактически за бесценок). При этом подлежали сдаче (под страхом конфискации)  все изделия из золота весом свыше 16 золотников (68,3г).


На сайте есть: