ГлавнаяКлады ПоволжьяДенежное обращение Поволжья и Предуралья предхазарского периода
Товаро-деньги
 
Поволжье было весьма далеко от древнего «цивили­зованного» мира, но уже античные авторы, например, Геродот интересовались Каспийским морем, рекой Оар или Ра (Волгой) и жителями на ее берегах. В Поволжье кроме греческих монет, встречаются, как и по всей Во­сточной Европе, и римские монеты. Страсть к желтому металлу была не чужда многим племенам Восточной Ев­ропы, как скифам, так и сарматам. Но проникновение греческих или римских монет было незначительным и нерегулярным, следовательно, не могло содействовать возникновению денежного обращения.

Общественные отношения многих племен Поволжья и Приуралья определялись родовым строем, который но­сил затяжной характер. Существовали достаточно проч­ные родовые коллективы, которые совместно вели об­щее хозяйство. Род был небольшим и включал не более 45—50 человек. В дальнейшем отмечается повсемест­ный распад рода, появление больших патриархальных семей и соседских общин. Но соседские общины и малые семьи начинают складываться здесь лишь в IX—XI вв.

Первые известные науке монеты появляются в По­волжье и Приуралье в III—IV вв. Как и другие привоз­ные вещи, они оплачивались местным товаром, в основ­ном пушниной. Монеты являлись пользовавшимся боль­шим спросом товаром, служившим для одноразового об­мена. Часто приобретавший монету человек больше с нею до смерти не расставался, и ее клали в могилу вме­сте с его личными вещами. Но монета, являясь продук­том развитого общества, будучи средством обращения г нормированным весом, пробой, удобная для перевозки и хоанения, таила в себе возможность накопления. Она была более компактным товаром по сравнению с други­ми товарами, такими, как сосуды из драгоценных метал­лов и т Д Например, в Агафоновском II могильнике (раскопки Р. Д Гольдиной) в одном из погребении (погребение № 296) обнаружено 6 монет.

Появление денежного обращения в Поволжье и При­уралье относится к предхазарскому периоду и, по-види­мому, связано с активностью кочевников как посредни­ков в товарообмене. Иначе трудно было бы объяснить, почему металлическое денежное обращение возникает именно в этом регионе, на обширной территории средней полосы где общественные отношения определялись ро­довым строем. Дело, видимо, в том, что если племена гуннов, а позднее тюрков, обитавшие в южных степях, веками мигрировали с востока на запад, то долины круп­нейших рек Яика, Итиля и Дона служили ежесезонными миграционными артериями с юга на север и обратно. Каждую весну кочевники со своими стадами поднима­лись к летовкам — сочным прибрежным лугам средней полосы, служившим местом сбора, религиозных празд­неств и т. д., а с наступлением осени спускались в степные районы, где животные могли добыть подножный корм и зимой. Этой же традиции придерживались и хазарские каганы. Видимо, именно таким способом лесные племена Поволжья и Приуралья довольно рано включи­лись в примитивные товарно-денежные отношения с кочевым миром, а через него — с развитыми странами раннего средневековья — сасанидским Ираном и Ви­зантией Наиболее ранние металлические товаро-деньги в виде бронзовых слитков обнаружены в Тураевском могильнике, относимом предположительно к гуннам .

 

Сосуды из драгоценных металлов и ранние монеты

 
Кроме монет, чеканенных в монетных дворах Турана, Ирана и Византии, о которых речь пойдет дальше, в По­волжье и Приуралье, начиная с III и особенно с VI в., с оживлением товарно-денежных отношений, начинают поступать различные художественно выполненные сосуды из драгоценных металлов. Все это многообразие в виде монет и редких сосудов свидетельствует не только о тес­ных контактах с Кангюем, илиТураном, но и о росте тор­гового обмена между южными странами и Поволжьем. Сосуды из драгоценных металлов и наиболее ранние се­ребряные и медные монеты, хотя и были предшествен­никами бронзовых слитков местного призводства и со­действовали их появлению, но еще не являлись всеоб­щим эквивалентом. Но, будучи ходовым товаром, исполь­зуемые в своей натуральной форме, они пользовались большим спросом и постепенно превращались из предме­тов в средства обращения, т. е. в ранние формы денег.
 

 

Денежное обращение поволжья и предуралья предхазарского периода

 


Как было отмечено, в исторической литературе про­слеживается стремление объяснить ввоз драгоценного металла в Поволжье и Приуралье деятельностью сог­дийских купцов Проникновение изделий из драгоценно­го металла в Поволжье и Приуралье нельзя представить вне связи с развитием обмена в данном районе. Сам же процесс проникновения драгоценного металла происхо­дил следующими основными путями:
1. Посредством торговых связей между племенами Поволжья и Приуралья, с одной стороны, и кочевника­ми — с другой. При этом ведущую роль в раннем средне­вековье играли среднеазиатские пути в Туран, а в срав­нительно поздние периоды — юго-западные пути по Вол­ге и  Дону.

2.  Как военная добыча или подношение царей Iура­на Иранского шаха или Византийского императора родо-племенным вождям кочевников, предводителям тюрк­ского или хазарского войска. Например, византийский император Ираклий, напуганный вторжением в Сирию персов в 617 году, заключил союз с хазарским каганом. Хотя шахиншах Хосров II, обеспокоенный этим союзом, попытался отговорить кагана, но вторжение на Кавказ войск хазар, в составе которых находились булгары и сувары, состоялось. Хазары и их союзники имели боль­шую добычу: «золотые сосуды, драгоценные одежды», многочисленных пленных и стада животных. Далее со­стоялась встреча Ираклия с хазарским каганом. Импе­ратор возложил на него корону и устроил в его честь роскошный пир, после которого последнему была подаре­на вся драгоценная сервировка императорского стола.
Как известно, одним из интересных местонахождений сосудов является деревня Бартым Пермской области. Например, в 1925 году крестьянином Г. Давлетшиным во время пахоты было найдено византийское блюдо, а в 1949 году на том же поле бригадиром Калиуллиным найден массивный серебряный кубок. В 1950 году там же колхозником Фаизхановым найдена большая сереб­ряная чаша, содержащая 264 серебряные византийские монеты. Бартымский клад византийских монет явля­ется уникальным, т. к. состоит из однотипных, никогда не бывших в обращении монет Ираклия. Следовательно, монеты клада поднесены какому-то знатному лицу н е-посредственно из императорского монетного дво­ра и перенесены в Бартым.
 

 

Денежное обращение поволжья и предуралья предхазарского периода

 


3. Собственное изготовление. Несмотря на то, что имеются прямые свидетельства об изготовлении тюрка­ми сосудов из драгоценных металлов, данный аспект яв­ляется наименее изученным. Например, согласно Фео-филакту Симокатта (VI в.), когда в результате едино­временной дани »... правительство тюрок обогатилось золотом персов, все это племя предалось великой роско­ши: они выковывали и чеканили себе золоченые ложа, столы, кубки, кресла и подставки, делали из золота кон ские украшения и полное вооружение себе...»

Сосуды из драгоценных металлов и монет туранского, иранского и византийского производства и чеканки свидетельствуют будто бы об одновременном существо­вании нескольких торговых путей. Однако не следует за­бывать о таких порой непреодолимых для отдельных торговых людей препятствиях в раннем средневековье, как отсутствие дорог и редкость поселений, и, следова­тельно, трудности в пополнении запасов продовольствия. Согласно средневековым авторам, например, Марвази, путь только из Хорезма к земле булгар занимал три сяца. Это было известно и Ибн Фадлану, который со щает, что «мы запаслись хлебом, просом, сушеным м сом на три месяца».
В существовании мирных торговых путей прежд всего были заинтересованы владетели Турана, предво дители гуннов, тюркские каганы, хазарский каган, бул гары, сувары. Правители не только взимали определен ные проценты от доходов торговых людей, но и сами яв­лялись крупными партнерами в торговле. Часто ставки самих каганов являлись местом бойкой торговли. На­пример, в позднем средневековье в таких ставках находи­лись со своими товарами не только торговые люди, но работали сукновалы, кузнецы и даже чеканились моне­ты с обозначением места чеканки («урда базари», т. е. «базар ставки»).
 
 
В Поволжье и Приуралье довольно распространен­ными являются сасанидские монеты, которые часто слу­жат датирующим материалом не только расколок, но и недатированных туранских (хорезмииских) монет. Саса-нидская весовая система, по-видимому, была принята за оснс^ву при изготовлении бронзовых слитков определен­ного веса Подобные слитки, являясь первыми металли­ческими деньгами местного производства, использова­лись как самостоятельные платежные средства.
Сасанидские монеты чеканились из золота -динар, серебра-драхма и бронзы. Особенно Распространенны­ми являются серебряные драхмы (табл. IX). В,111 веке выпускались монеты из потина (бронза с примесью свинца). До сасанидов на лицевой стороне персидских монет изображался портрет правящего царя, а на обрат­ной стороне-портрет его отца. На лицевой стороне также помещались титул и имя царя: «владыка такой-то, царь (малик), а на обороте-имя и титулы его отца: «сын владыки такого-то, царя». До III в. в Парсе, сог­ласно восточным письменным источникам, правили ца­ри из древней династии Базрангидов. Но лишь в 206 или 208 году Папак, сын Сасана, владетеля одного из об­ластей, захватил власть в Парсе. Через некоторое время Арташиру (224—241 гг.) удалось организовать чеканку монет, и он становится «царем царей Ирана», преемни­ком парфянского могущества. Монеты Папака неизве­стны Ранние монеты Арташира следуют чекану Мит-ридата II. При нем начинается также чеканка золотых монет, по весу соответствующих римскому ауреусу.

На сасанидских монетах на лицевой стороне обычно изображался портрет шахиншаха, обращенный вправо и характеризующий независимость царя. (Обращенная влево голова являлась изображением царя вассально­го.) Иногда на монетах помещалось изображение ша­хиншаха и наследника или шахиншаха, наследника и царицы. В круговой легенде чеканились имя и титулы шахиншаха. Тройной портрет характерен только для мо­нет Варахрана (276—293 гг.).

На обратной стороне сасанидских монет обычным является изображением аташдана — алтаря огня, а на чиная с монет Шапура I (241—272 гг.), по сторонам аташдана изображались фигуры шахиншаха и различ ных божеств, которые распознаются вплоть до правде ния Хормизда II (302—309 гг.). На монетах последней в пламени алтаря появляется изображение головы бо­жества. На монетах Шапура II (309—379 гг.), как и ш монетах Арташира I, аташдан изображен без фигур,  на некоторых, как и на монетах Хормизда II, появляет ся в пламени изображение головы божества. Анало­гичные же изображения характерны и для монет Арташира II (379—383 гг.) и Шапура III (383—388 гг.)

Основная масса сасанидских монет, обнаруженных в Поволжье и Приуралье, датируется V—VII вв. В ка­талоге А. К. Маркова, например, наиболее ранние из них принадлежат к чеканке Варахрана V (420—430 гг.). Обнаруженные в последние годы во время археологи­ческих раскопок сасанидские монеты также укладыва­ются в эти хронологические рамки, т. е. в V—VII вв. Новые находки позволяют уточнить, когда именно ввоз сасанидских монет становится более интенсивным, и на основе этого сделать определенные выводы. Например, в Большевисимском могильнике Черномозского района Пермской области среди обнаруженных в погребениях 17 сасанидских драхм наиболее ранними являются 5 мо­нет Пероза (V в., 457, 459—484 гг.). Следующие 10 мо­нет чеканены в VI в. от имени 10 правителей, а 2 драх­мы относятся к VII в.

В Неволинском могильнике Кунгурского района Пермской области (раскопки Гольдиной Р. Д. 1968, 1981 гг.) из 14 обнаруженных монет одна драхма отно­сится к чеканке Пероза, 6 монет — Хосрова I (531— 579 гг.), а 5 драхм —к чеканке Хосрова II (591— 628 гг.). Одна монета неопределима, одна — хорезмий-ская, которую мы также относим к VI в.

Сравнительно ранними являются монеты из Бартым-ско\'го могильника Березовского района Пермской обла­сти раскопки Водалого Н. В. 1981 г.). Из 8 монет 2 драх­мы относятся к чеканке Пероза, а 4 драхмы — Каваду L{488—531 гг.). Одна византийская монета относится к чеканке Юстина II (565—578 nr.), а одна — хорезмийская, относящаяся к VI в.
Таким образом, более обильное поступление в По­волжье и Приуралье сасанидских драхм, как и хорезминских и византийских монет, относится к VI в. и, ш сомненно, связано с развитием ранних товарно-денеи ных отношений в данном регионе.
Мухамадиев А. Г.   Древние монеты Поволжья.

На сайте есть: